А потом... потом по подъезду словно пошли помехи, знаете как в телевизоре, когда он неисправен и через секунду он просто исчез, открыв, привычную для меня, стену магазина. Конечно, через пару дней я убедил себя, что это была галлюцинация, но подъезд опять появился и теперь уже прямо в бетонном заборе, который огораживал местную стройку. Далее он появлялся снова и снова, в самых неожиданных местах, но при этом неукоснительно соблюдались два условия: это темнота и безлюдное место. А однажды я набрался смелости и заглянул в него...

   — И что же там было? — Очередная печенька застыла в паре сантиметрах ото рта Туманова, казалось, что она тоже ждала ответа Кантора о том, что же тот увидел в подъезде.

   — Там было оно!!! — Взволнованно прокричал профессор.

   — Оно? — Сначала не понял Яр.

   — Там было темно, но я отчетливо услышал звуки, которые издает это существо. — Кантор неожиданно перешел на шепот и наклонился к Туманову. На его лице на мгновение промелькнул ужас. — Оно словно ждало меня в засаде… и не кого-то, а… именно МЕНЯ… Я понимаю, что это звучит невероятно, но… но в этих звуках я услышал радость… Нет, даже не радость, а предвкушение. Предвкушение, что сейчас, наконец, оно сожрет меня… И еще… Тогда во время эксперимента я случайно потерял свой дневник. Я вспомнил о нем только на следующий день. В общем, я его нигде не нашел и, поэтому, представьте себе весь мой ужас, когда, приоткрыв дверь, я увидел в фойе того подъезда, лежащий на полу мой дневник. Он лежал недалеко от двери, как будто приглашал меня зайти внутрь и забрать его… И тогда я понял, что его положили специально для меня… это был мой «сыр» в моей «мышеловке»… Я захлопнул дверь и рванул домой, как ошпаренный! А потом, мне на глаза стали попадаться объявления о пропаже людей. Я очень быстро сопоставил два этих факта и получил очевидный вывод. Представляете, если кто-то случайно или из любопытства войдет в этот подъезд? Назад дороги не будет… Вот тогда-то я и принял решение обратиться в милицию. А они…

   — Постойте, я что-то не пойму. —Хрустнув, наконец, печенькой прервал Туманов. — Вы ставили свои опыты в Обнинске-2, ваша «пушка» тоже находится там, и она, по всей видимости, отключена. Так каким же образом подъезд вашей лаборатории появляется здесь в Москве?

   — Знаете, Ярослав, того, что я уже рассказал, оказалось достаточно чтобы упрятать меня в психушку, и, если я начну сейчас излагать свою теорию про этот подъезд и существо в нем, боюсь, что и Вы станете крутить пальцем у виска.

   — Дмитрий Соломонович, а если я начну рассказывать Вам с чем мне приходилось сталкиваться по роду службы и что я видел своими глазами, то пальцем у виска начнете крутить уже Вы. Сейчас у меня одна единственная цель — спасти людей, а для этого нужна полная картина того, что произошло. Поэтому, прошу Вас, не томите.

   Кантор медленно откинулся на спинку стула, не отводя осторожного взгляда от Туманова.

   — Ну хорошо… как говорится — сами напросились. — Обреченно выдохнул он. — Как вы уже знаете, в психушке у меня было достаточно времени, чтобы поразмышлять над этим феноменом, и я пришел к неожиданному и единственно логичному выводу, что это существо может само генерировать нужные колебания и пробивать тоннели между мирами.

   Да, да, эта феноменальная тварь своими вибрациями буквально генерирует порталы. Запомнив раз частоту нашей вселенной, она способна ее копировать, создавая при этом портал такого вида, который типичен для обитателей данного мира. Например подъезд.

   Это что-то вроде засады, так, например, в природе охотятся обычные пауки. Они создают примитивную ловушку и поджидают жертву. Но эта тварь интеллектом значительно выше, чем насекомые и она использует в качестве засады, подъезд Обнинской лаборатории, полагая, что это привычный для нас объект, в который люди входят без опасений.

   — Так она что, на людей охотится?! — Теперь уже и Туманов откинулся на спинку стула.

   — Думаю, да. Это существо — настоящий хищник, который способен перемещаться между мирами, но при этом, как я понял, оно боится света. Его глаза устроены так, что видят в абсолютной темноте, но даже незначительный источник света причиняет ему боль. А я умудрился еще и горящей спичкой ему в глаз попасть. В общем, теперь, как я полагаю, оно охотится именно на меня. Это кровная месть! Вендетта, если хотите! Конечно, оно не брезгует и теми, кто попадается в подъезд случайно, но его цель — во что бы то ни стало поймать именно МЕНЯ. Поэтому, подъезд-ловушка и возникает неподалеку от моего нахождения. Эта тварь каким-то образом чувствует, где я… чувствует прямо из своего мира. — Кантор аж передернулся, вспоминая о жутком существе.

   — Но она ведь должна понимать, что Вы давно раскусили её хитрость и сменить тактику.

   — Думаю, это существо не настолько умно. Хотя его интеллект и выше, насекомого, но до нас с вами ему очень далеко. Поэтому, оно настойчиво продолжает повторять один и тот же прием охоты, тем более что эта тактика временами приносит успех. В подъезд попадают и случайные люди.

   — И что же с ними там происходит?

   — Я не знаю, но думаю ничего хорошего.

   — Но Вы сказали, что когда отключили прототип пушки, то все вернулось на свои места, существо осталось в своем измерении, а Вы в своем. Почему же тогда те, кто входит в фантомный подъезд, не остаются в своем мире после исчезновения подъезда?

   — Дело в том, что прототип пушки создавал точку наложения двух миров, где оба мира существуют одновременно. Поэтому-то я и видел эти «дикие» изменения знакомого мне пространства. А эта тварь поступает совсем по-другому… она пробивает проход или, если хотите, эдакий тоннель из своего мира в наше измерение, поэтому из подъезда уже никто не выйдет. Понимаете, Ярослав?

   — С трудом… но одна мысль возникла. Скажите Дмитрий Соломонович, — Яр задумчиво потер подбородок, — а если включить ваш прототип сейчас, то мы сможем вытащить медиков?

   — Теоретически да... Но вы же не хотите сказать...

   — Именно это я и хочу сказать. —Туманов смотрел прямо в глаза Кантору.

   — Но его сейчас не запустить. Нас туда просто не пустят! Там ведь охраняемый периметр! — Глаза Кантора с каждым словом раскрывались все шире.

   — Все вопросы по доступу на территорию объекта и к прототипу пушки я беру на себя. — Туманов отчеканил каждое слово так, что у Кантора не оставалось ни малейших сомнений в возможностях этого человека. — Ваша задача, Дмитрий Соломонович, просто запустить прототип, и у нас появится шанс спасти людей. Ну, и избавить Вас от этой напасти. — Ярослав взял паузу пристально глядя в глаза Кантору.

   Ученый смутился от такого напора и смог лишь пробормотать:

   — Мы что… прямо сейчас туда поедем?

   — Да, время не ждет. Но сначала я сделаю, с вашего позволения, пару телефонных звонков, а по пути мы ненадолго заедем в одно место. — Стальные нотки в голосе Туманова не оставили Кантору никаких шансов на возражения, и он подчинился.

   — Д…да... конечно … Телефон вон там в прихожей.

 

                                                                                    ***